Рассказы Шукшина

Спектакль «Рассказы Шукшина»
Лауреат «Национальной театральной премии „Золотая маска“ в трех номинациях:
 — лучший драматический спектакль большой формы
 — лучшая мужская роль в драматическом спектакле (Евгений Миронов)
 — лучшая работа художника в драматическом спектакле (Виктория Севрюкова)

Лауреат премии „Хрустальная Турандот“ в трех номинациях:
 — лучший спектакль
 — лучшая женская роль (Чулпан Хаматова)
 — лучшая мужская роль (Евгений Миронов)

Победитель VII Международного Театрального Форума „Золотой Витязь“ в номинации „Театр — большая форма“
Лауреат Московской театральной премии СТД России „Гвоздь сезона“

Принимал участие в крупных международных театральных фестивалях:
Венский фестиваль (Австрия)
„Театрформен“ (Ганновер, Германия)
Международный фестиваль в Хельсинки (Финляндия)
„Золотая маска“ в Прибалтике» — Рига (Латвия), Таллинн (Эстония) и Вильнюс (Литва)
Фестиваль, посвященный 100-летию Тель-Авива (Израиль)
«Голландский фестиваль» (Амстердам)

а также в российских фестивалях:
«Дни Шукшина в Москве»
«Год Шукшина на Алтае» (Бийск, Барнаул)
«Балтийские сезоны» (Калининград, Россия)
«Рождественский фестиваль» (Новосибирск)

Гастролировал в Санкт-Петербурге, Саратове, Самаре, в городах Украины (Киев, Донецк)

Несколько слов о проекте:
Идея сегодня перенести на сцену знаменитые рассказы классика русской советской литературы Василия Шукшина принадлежит Алвису Херманису. Этого режиссера многие называют «новым гуманистом» мирового театра. Режиссерскую манеру Херманиса отличает пристальное внимание к повседневной жизни людей — сегодняшней или ставшей уже достоянием истории. Многие считают его театр «документальным», потому что режиссер высматривает, вычитывает, иногда даже выпытывает свои спектакли из реальности. Он ставит только о том, что знает и что помнит.
В этом смысле российские зрители на его спектаклях оказываются в привилегированном положении.  Ведь помним мы с ним примерно одно и то же, потому что выросли в общей стране. Однако память у Херманиса особая — очень внимательная к деталям, подробная, но лишенная как бесплодной ностальгии по прошлому, так и мстительного его отрицания. Еще у него особое чутье на театральную фальшь, на притворство, которое так часто делает театр несовременным и отпугивает от него молодежь.

По замыслу Алвиса Херманиса актеры не будут «изображать» крестьян из советской деревни 70-х годов. Они будут оставаться на сцене современными людьми, рассказывающими простые и трогательные человеческие истории, которые могут случиться с каждым и поэтому каждому понятны. Принцип режиссера — полностью сохранить авторский текст, поэтому спектакль не предполагает инсценировки.

Принцип оформления спектакля — минимализм и хай-тек одновременно. Деревянный пол, ряд деревянных лавок, на которых сидят актеры, а за их спинами — стена, состоящая из фотографий. Для каждого из десяти рассказов — своя композиция портретов реальных людей, которые известный фотохудожник Моника Пормале сделает во время запланированной на август экспедиции творческой группы спектакля на Алтай.

Первый этап репетиций прошел в конце апреля. «У меня такое чувство, как будто я скрипач, которому дали возможность поиграть на скрипках Страдивари и Гварнери…» — признался режиссера, имея в виду актеров, с которыми он встретился в репетиционном зале — Хаматову, Миронова и других. .. В августе актеры и режиссер несколько дней провели в Сростках — селе, где родился и вырос писатель.

Здравствуйте, люди    «Рассказы Шукшина» в Театре Наций
Итоги

Выходят Чулпан Хаматова и Юлия Свежакова, одеты пестренько, празднично (костюмы Виктории Севрюковой), садятся на длинную лавку во всю сцену, семечки лузгают, пол засоряют — и рассказывают. Вот так весь спектакль и проходит, на лавке. Про разных людей истории рассказывают, их же и играют — переодеваются мгновенно и ну представлять. Показаны десять шукшинских рассказов, от светлой и радостной, как подсолнух, «Степкиной любви» до «Степки», грустной истории о парне, который сбежал из тюрьмы за два месяца до освобождения, очень уж по деревне своей соскучился. Конечно, это странно, что латышский режиссер Алвис Херманис для первой своей в России постановки выбрал Шукшина. Его у нас, ясное дело, вежливо чтут, но как-то не верится, что перечитывают. А Херманис взял да и прочел. И восхитился — какие типы!

Чтобы узнать их поближе, компания артистов во главе с режиссером поехала на родину автора, в алтайское село Сростки. Не быт деревенский копировать и не говор имитировать, а просто в глаза взглянуть тем, о ком писал свои истории Василий Шукшин. Херманис, как известно, любит человеческие типажи коллекционировать, он и актеров своих приучает — людей изучать, мимо не проскакивать, приглядываться внимательно. От этой поездки остались фотографии, ставшие потом основным элементом декорации. Увеличенные, гиперреалистичные, они раскрашены в ядовито-яркие цвета и напоминают рекламные плакаты, украшающие современную Москву (Моника Пормале). Так Херманис сталкивает два времени и два стиля жизни. Сталкивает резко, безжалостно и гротескно. В сущности театральный гротеск и есть его авторская манера. Но только гротеск этот нежный, любовный по отношению к людям.

С режиссером Херманисом нас познакомил фестиваль NET, спасибо ему. Никогда не забуду своего первого впечатления: последний акт гоголевского «Ревизора», и невесть откуда взявшиеся слезы, так людей на сцене жалко было, и Городничего, и всех остальных — жуликов и взяточников, глупых и смешных. Такое только в «Женитьбе» у Анатолия Эфроса когда-то случилось, а потом быльем поросло. Другая жизнь началась, другой театр стал пространство захватывать. А Херманис именно туда, в ту сторону руку протягивает, наглядно доказывая, что нет, не умер еще психологический театр, театр для людей и про людей. При этом никакого пафоса, важных разговоров о духовности, особой миссии и тому подобных вещах. Человек он, конечно, сентиментальный, но еще и ироничный, это и спасает.

«Рассказы Шукшина» сделаны легко-легко, как будто спектакль и не сочинял никто, не мучился, как положено, а он как-то сам из воздуха соткался, на любви и радости замешанный. Один за другим играются рассказы, а ты сидишь и слезы утираешь, то от смеха, то от сострадания. Каждый из восьми актеров по десять и более ролей исполняет. Евгений Миронов то слепым аккордеонистом выйдет, то ворчливым стариком, то надутым деревенским философом, срезающим гостей из города. Чулпан Хаматова, меняя наряды, походку и голос, предстает то эффектно виляющей бедрами медсестрой, то беззубой старухой, то немой девочкой. И они, и все остальные — Дмитрий Журавлев, Юлия Свежакова, Юлия Пересильд, Павел Акимкин, Александр Новин, Александр Гришин — играют дивно, виртуозно, прочувственно и как-то очень радостно. Собственно, это и есть главное чувство, от спектакля оставшееся, — радость.

Марина Зайонц, 1.01.2008
Назад